Главная О газете Наш прайс-лист Наши партнеры Частные объявления







Главная / Категории / Земляки / «В каждом кадре из блокадного Ленинграда я вижу себя»

«В каждом кадре из блокадного Ленинграда я вижу себя»

Отдел Управления социальной защиты населения по Щёкинскому району и местное отделение Совета ветеранов войны, труда, Вооружённых Сил и правоохранительных органов поздравили с годовщиной снятия блокады Ленинграда жителей и участников обороны города. На сегодняшний день девять щёкинцев имеют знак «Житель блокадного Ленинграда» и один является участником обороны города. Им были вручены подарки и поздравительные адреса.

"Щёкинскому вестнику» посчастливилось встретиться и побеседовать с  Татьяной Александровной Борковой, которая по воле судьбы в юном возрасте оказалась в блокадном Ленинграде.
Татьяна Александровна родилась в Костромской области, была старшим ребёнком в семье, где подрастали ещё шесть братьев и сестёр. Окончив семилетку, девочка поступила в медицинскую школу в Кинешме – пошла по стопам дедушки и дяди, врачей.
Началась война, отец ушёл на фронт. А весной 1942 года по приказу министра здравоохранения второкурсники медшколы, а также студенты из Москвы, Иванова – целый эшелон – отправились в Ленинград на борьбу с распространяющимися эпидемиями. Девять суток ехали до Ленинграда, пробирались через Ладогу по «дороге жизни».
Поселили Татьяну и её подруг в общежитии торгового института имени Энгельса.
– Это старинное здание выглядело впечатляюще с точки зрения архитектуры, но совсем не было приспособлено для жилья: ни воды, ни света, ни тепла, – вспоминает моя собеседница. – Нам выдавали паёк, в который входили 500 граммов хлеба, крупа, почему-то табак. Но приготовить себе кашу или суп из-за отсутствия воды и электричества мы не могли. Приходили с работы в мокрых валенках, а просушить их было негде. Наутро в них образовывался лёд.
Прикрепили молодых фельдшеров к поликлинике № 38 Смольненского района Ленинграда. Бежали на работу и обратно через бомбоубежище, город подвергался бесконечным обстрелам. До сих пор Татьяна Александровна помнит, что каждое утро тех блокадных дней начиналось с голоса из радиоточки, который объявлял о количестве приговорённых к расстрелу за спекуляции с мукой, за людоедство, другие преступления военного времени.
– Попасть на лечение в больницу – для многих ленинградцев было счастьем, – продолжает Татьяна Боркова. – И не только из-за медицинской помощи, люди приходили на приём в крайне ослабленном, а то и предсмертном состоянии. Они хотели умереть среди людей, быть похороненными по-человечески.  Возвращаясь с обхода, я изо дня в день проходила через вестибюль, заполненный телами. Их складывали к забору под брезент, а потом везли хоронить.
Во время обхода молодые девушки, которым было всего-то 15-17 лет, старались помочь измученным людям, чем только могли. А возможности их были крайне ограничены. Лекарств не было совсем. Молодому человеку, страдающему цингой, Татьяна посоветовала оттапливать хвою. Её и саму мучил этот недуг, все зубы шатались. Девушка спасалась хвоинками и листьями зелёной капусты, которую вымачивала в уксусе.
Голод, холод, смерть, ежедневные страшные картины перед глазами. Татьяна так измучилась, что было время, когда она не спешила прятаться в бомбоубежище – пусть лучше убьют, чем так страдать. О возвращении домой она даже мечтать не смела. Потом немного отпустило. Привычка к дисциплине заставляла каждое утро вставать и спешить на работу.
– Помню ещё поразительный контраст между великолепными зданиями, квартирами с лепниной, высокими потолками и жильцами этих домов, которые жались друг к другу в одной комнатке у огня, жгли книги, мебель и варили ремни, кожаную обивку стульев, чтобы хоть чем-то утолить голод.
Наступило лето, а у девушек другой одежды и обуви нет, только валенки и галоши. Приходилось понемногу копить хлеб, чтобы потом продать его и купить сандалии. Весной стало полегче. Было организовано питание в столовой, где кормили супом из молодой крапивы, кашей.
 А потом случилось страшное – украли у Татьяны продуктовые карточки. Спасибо подругам, выручили, подкармливали в столовой, да нехитрую одежду Таня обменивала на 50 граммов хлеба.
– Как выжила, сама удивляюсь, – говорит Татьяна Александровна. – Видно, деревенская закалка и молодость помогли.
В сентябре 1942 года командировка закончилась. Татьяна вернулась домой, продолжила учёбу, защитила диплом. Организм ещё долго не мог восстанавиться. Мама, увидя истощённую, измученную дочь, всё старалась накормить её посытнее, давала молоко, сметану, но желудок девушки всё отвергал, кроме «травы». Понадобилось время, чтобы всё пришло в норму.
– Мама моя рано постарела, – вздыхает Татьяна Александровна. – Ей ещё не было и сорока, а она уже ходила, опираясь на палку. Только представьте: дочь в блокадноммм Ленииинграде, муж на фронте, на руках шестеро маленьких детей.
А в 1943-м пришла похоронннка на отца – погиб на Курской дуге.
С марта 1943-го и по 1990 год Татьяна Боркова работала в районной больнице города Заволжск. Вышла замуж, вырастила двух дочерей. Есть внуки, которые радуют бабушку. Недавно девять лет исполнилось праправнуку. Уже десять лет она живёт в Щёкино.
В завершение разговора Татьяна Александровна делает вывод:
– Сколько ужасов я видела, но могу твёрдо сказать, что они не ожесточили моего сердца. Вернувшись из Ленинграда, я стала добрее к людям. А кинофильмы про блокаду до сих пор смотреть не могу, в каждом кадре представляю себя.


admin
30.01.2015
Записей нет

Добавить комментарий
Ваше имя

Текст комментария

Получите код
Код подтверждения
Добавить

Поиск по сайту









Самые свежие новости города Щекино и Щекинского района читайте в нашей газете "Щекинский вестник" и на нашем сайте vestnikschekino.ru

© 2011-2013 Газета "Щекинский вестник" г. Щекино Тульской области